Расхититель возможности: о нерешительности в художественной литературе

Из бойких, смелых детей, что собрались на именины Леши Семибояринова, вышли ловкие, смелые люди, – и мальчишка, обманувший Гришу, нашел, конечно, свою дорогу в жизни, – а Гриша стал, разумеется, неудачником. Как в детстве, он все мечтал и в мечтах покорял царства, а на деле не умел оборонить себя от любого предприимчивого человека, который бесцеремонно отстранял его с дороги. Отношения его к женщинам были так же неудачливы, как и вся жизнь, и никогда ответное чувство не награждало его робких ухаживаний. Друзей у него не было. Одна только мать любила его.

Федор Сологуб, «Улыбка»

Нерешительность, часто воспринимаемая как простая слабость характера, на деле является сложным психологическим феноменом, способным стать серьезным препятствием на пути к реализации личности и качеству жизни. Это не просто минутная растерянность перед выбором, а глубокое состояние внутреннего конфликта, где сталкиваются страх, перфекционизм, тревога и неопределенность. В отличие от взвешенной осторожности, патологическая нерешительность парализует волю, истощает когнитивные ресурсы и ведет к циклу самообвинения и упущенных возможностей.

 В мире художественной литературы нерешительность редко бывает случайной:  это тщательно сконструированный автором механизм, который раскрывает внутренние конфликты, обнажает общественные противоречия и определяет судьбы героев. От классических трагедий до современных романов неспособность принять решение становится ключом к пониманию не только персонажа, но и целой эпохи, системы ценностей и философского вызова, стоящего перед человечеством.

 Гамлетовское «быть или не быть» – лишь самый яркий символ многовековой литературной традиции, где колебание является не недостатком действия, а его высшей, рефлексивной формой. Это территория напряженного диалога между долгом и желанием, разумом и чувством, свободой и роком. Исследуя, как и почему литературные герои замирают на пороге выбора, мы приближаемся к разгадке вечных вопросов о природе человека, ценности времени и самой цене поступка. Для иллюстрации этой темы в литературе возьмем роман «Лекарство от нерешительности» американского журналиста Бенджамина Кункеля (2008). 

 Главный герой произведения – 28-летний Дуайт Уилмердинг – с детства страдает от хронической неспособности принимать решения. Большинство из них он принимает, подбрасывая монетку, убеждая себя, что так он хотя бы не идет ни у кого на поводу. Таким образом, он не может «думать о будущем, пока в нем не окажется» – решения за него принимают другие.

Дуайт Уилмердинг – собирательный образ целого поколения молодых людей. От сверстников из других стран их отличает инфантильность, отсутствие целей в жизни, нежелание брать на себя и нести груз ответственности за что-либо. Внешне эти черты проявляются в нерешительности.

 Автор показывает, как нерешительность характера героя влияет на его отношение к разным проблемам: он одинаково апатично воспринимает как экономические и экологические проблемы третьих стран, глобализацию, терроризм, так и проблемы межличностных отношений, брак и семью,

 Дуайта увольняют с работы. Бывшая школьная подруга Наташа зовет его в гости в Эквадор, и он, конечно, соглашается, потому что рад отдаться на волю судьбы.

 Потом меня уволили из «Пфайзера». В свете последнего события приближающаяся поездка приобрела новый смысл – по крайней мере скоро мне не нужно будет думать, куда себя девать. Мне казалось, что утром я откупорю крохотный пузырек, из которого струйкой выползет наконец некая цель, и я вдохну эту струйку – а то уже и сбережения мои подошли к концу, и кредит я почти исчерпал. Бессознательно (подсознательно) я даже хотел, чтобы какие-нибудь непредвиденные расходы на поездку оставили меня совсем без гроша и, соответственно, без альтернативы, лететь или не лететь. А может, у меня сложилось впечатление, будто вопрос «Что делать?» навис надо мной, как какая-нибудь Платонова форма; мне казалось, я сумею дать на него вразумительный ответ (не исключено, что этим ответом будет сама Наташа) именно в Эквадоре и именно в ее обществе.

 Друг Дэн предлагает ему попробовать абулиникс – новое, еще не сертифицированное лекарство, которое «освобождает рецепторы, отвечающие за решительность». Дуайт, не раздумывая, глотает таблетку. Позже он узнает о побочных эффектах: таблетка вызывает сатириазис – неумеренное половое влечение, а также в два раза усиливает воздействие алкоголя. В Эквадоре герой знакомится с Бриджит, которая говорит с очаровательным акцентом и затмевает в его глазах Наташу. Дуайта впервые в жизни проявляет инициативу. Он обнаруживает причину нерешительности, а вместе с ней и набор убеждений. Внезапно принимать решения становится легко.

Роман заканчивается не триумфом, а началом трудного пути. Дуайт сбросил таблетку-костыль и покинул зону комфорта. Он все еще колеблется, но теперь его нерешительность – не абстрактная мука, а часть взросления и поиска своего места в сложном мире, где простых ответов нет. Финал оставляет его на пороге новой, возможно, более осмысленной, но все такой же неопределенной жизни.

 Роман «Лекарство от нерешительности» – это не столько история об излечении, сколько острая и смешная диагностика социальной болезни, заставляющая задуматься о том, как наши личные колебания связаны с более широким контекстом мира, в котором мы отказываемся делать выбор. По версии Кункеля, нерешительность – порок, который служит причиной многих социальных болезней современного общества.